Russian Federation
employee from 01.01.2025 to 01.01.1926
Moscow State University of Civil Engineering (Department of Construction Technology, Organization and Project Management (TOSP))
from 01.01.2024 to 01.01.1926
Moscow, Moscow, Russian Federation
UDC 69
The article presents a methodological framework for formalizing directive changes in investment and construction projects as an independent object of analysis. Based on a comparative review of international project management standards (PMBOK Guide, PRINCE2, ISO 21502) and Russian regulatory documents (GOST R 54869–2011, GOST R 71177–2023, SP 333.1325800.2020), an institutional gap was identified — the absence of the concept of “directive change” and methods for assessing its schedule consequences. To address this gap, a six-dimensional classifier of directive changes is proposed, including such features as project stage, source, scale, and form, along with two quantitative indices — the Repeatability Index (RI) and the Controllability Index (CI). The classifier enables the translation of textual directives into a machine-readable format, the creation of a digital change database, and the ranking of directives by risk level and controllability. The article presents algorithms for calculating RI and CI and demonstrates their applicability in identifying the vulnerability of project stages and predicting the consequences of directive interventions. The results establish a theoretical and methodological foundation for developing predictive models, assessing schedule shifts, and integrating the proposed tools into digital project management environments such as Project Management Information Systems (PMIS) and Building Information Modeling (BIM).
directive changes, change classifier, project life cycle, construction project management, Repeatability Index (RI), Controllability Index (CI), schedule delays, risk management
Введение
Современные инвестиционно-строительные проекты характеризуются высокой динамикой внешних и внутренних воздействий, среди которых особое место занимают директивные изменения, инициируемые заказчиком. В отличие от процедурных изменений, регламентированных циклами согласования (Change Request), директивные изменения внедряются напрямую в календарные модели проектов и обладают обязательным характером исполнения. Это создаёт повышенную уязвимость сетевых графиков, поскольку директивы часто имеют непредсказуемые последствия для сроков, стоимости и ресурсов проекта.
Международные стандарты управления проектами — PMBOK (PMI, 2021) [1], PRINCE2 (AXELOS, 2017) [2], ISO 21500:2021 [6] и ISO 21502:2020 [7] — задают рамки для управления изменениями и рисками, однако не содержат понятий «директивное изменение» и его календарных последствий. Аналогичный пробел наблюдается и в российских нормативных документах: ГОСТ Р 54869–2011 [3], ГОСТ Р 71177–2023 [4], ГОСТ Р ИСО 21502–2024 [8]. Несмотря на наличие процедур управления проектом и рисками, отсутствуют формализованные инструменты для классификации директивных вмешательств.
Отсутствие таких инструментов особенно критично для крупных инфраструктурных проектов, где директивные вмешательства заказчика становятся одной из главных причин системных сбоев. Исследования показывают, что именно слабая управляемость изменений приводит к срыву сроков и перерасходу бюджета в мегапроектах. В российских условиях аналогичные проблемы отмечаются в работах, посвящённых управлению рисками и изменениями в инвестиционно-строительных проектах. Так, Астафьева О.Е. и соавт. [9] указывают на недостаточную институционализацию риск-менеджмента как фактор роста неопределённости; Глазкова В.В. [11] подчёркивает значимость интеграции риск-ориентированного подхода в систему управления проектом; Бовтеев С.В. и Хурейни Н.К.Р. [10] предлагают классификацию рисков строительных проектов по уровням воздействия, что позволяет соотнести их с директивными изменениями; Бурцева Т.А. и Захарова Е.А. [12] акцентируют необходимость системного управления рисками при реализации проектных решений.
Таким образом, можно выделить три ключевых противоречия:
- нормативный пробел — отсутствие формализации директивных изменений в международных и российских стандартах;
- практический риск — высокая вероятность сбоев календарного планирования при директивных вмешательствах;
- научная задача — необходимость разработки классификатора директивных изменений и введения количественных индексов для их оценки.
Целью настоящего исследования является разработка классификатора директивных изменений, включающего признаки и количественные индексы Индекс повторяемости RI (Repeatability Index) и Индекс управляемости CI (Controllability Index), обеспечивающего переход от текстовых директив к машиночитаемому формату и формированию цифровой базы данных.
Материалы и методы
Исследование опирается на системный анализ подходов к управлению изменениями и рисками в инвестиционно-строительных проектах. В качестве исходной базы рассмотрены как международные концепции управления проектами [1, 7], так и российские исследования по классификации изменений и рисков [9, 11].
Определение объекта исследования
Под директивным изменением понимается распоряжение заказчика, внедряемое в календарную модель проекта без прохождения согласовательных процедур. Ключевыми характеристиками директив являются обязательность исполнения и высокая вероятность сбоев графика. В отличие от процедурных изменений, директивы не имеют формализованной классификации ни в отечественных, ни в международных стандартах.
Классификационная база
Для восполнения данного пробела предложен шестимерный классификатор директивных изменений, включающий признаки [2, 9, 10, 18]:
- стадия жизненного цикла проекта (Stage), на которой возникло изменение;
- источник возникновения директивы (Source), инициатор внутри структуры заказчика;
- масштаб изменения (Scale), локальный, частичный, комплексный;
- форма реализации директивы (Form) форма, устная, письменная, цифровая;
- индекс повторяемости (Repeatability Index, RI), частота повторяемости данного типа директив в массиве;
- индекс управляемости (Controllability Index, CI), степень управляемости последствий директивы для календарного плана.
Методика расчёта индексов
- Индекс повторяемости (RI) отражает вероятность возникновения повторных изменений одного типа и рассчитывается как отношение числа директив определённого типа к их общему количеству [9].
- Индекс управляемости (CI) показывает степень управляемости директивы и формализуется через долю случаев, в которых последствия директив могли быть проконтролированы проектной командой [17].
Применённые методы
- системный анализ — для выделения признаков директивных изменений и их интеграции в классификацию;
- классификация и структурирование — для сопоставления директив с типами рисков;
- математическая формализация — для введения индексов RI и CI [10, 13];
- метод аналогий — заимствование элементов риск-ориентированных моделей из исследований по управлению строительными рисками [11, 12];
- нормативный анализ — использование положений международных и российских стандартов по управлению проектами и рисками [5, 18].
Таким образом, методическая рамка исследования основана на сочетании нормативного анализа, классификационных моделей и количественной оценки индексов, что позволяет формализовать директивные изменения и перевести их в машиночитаемый формат для дальнейшего анализа.
Проверка качества признаков
Для обеспечения корректности классификационной модели проведена верификация признаков:
- Variance Inflation Factor (VIF) — применялся для оценки мультиколлинеарности между Stage, Source, Scale, Form, RI и CI; значения VIF ≤ 5 принимались как допустимые.
- Mutual Information (MI) — использовался для проверки информативности каждого признака относительно целевых индикаторов риска; значения MI < 0,01 рассматривались как малозначимые.
Эти шаги обеспечивают устойчивость классификатора к избыточным или нерелевантным характеристикам и соответствуют методологическим принципам управления рисками, закреплённым в ISO 31000:2018 [20] и статистическим подходам, описанным в ГОСТ Р 58771–2019 [19].
Методологическая значимость
Предложенный классификатор и индексы RI/CI восполняют институциональный и методологический пробел, связанный с отсутствием в международных и российских стандартах формализованного механизма анализа директивных изменений. Он позволяет формализовать директивные вмешательства заказчика, обеспечить сопоставимость между проектами и стадиями жизненного цикла, а также подготовить базу для последующей классификации и статистического анализа.
Результаты
В ходе исследования разработан шестимерный классификатор директивных изменений, обеспечивающий их формализацию и систематизацию в инвестиционно-строительных проектах. В отличие от традиционных процедур управления изменениями, закреплённых в международных и отечественных стандартах, предложенный классификатор учитывает специфические характеристики директивных вмешательств, не отражённых в нормативной базе.
1. Признаковая структура классификатора
Классификатор включает четыре категориальных признака и два количественных индекса:
- Стадия жизненного цикла (Stage), отражает фазовую принадлежность директивы (Пр, П, РД, СМР, ПНР) и позволяет выделять уязвимые этапы.
- Источник (Source), характеризует организацию или должностное лицо, инициировавшее директиву, и используется для анализа управленческого давления.
- Масштаб (Scale), определяет степень охвата: локальный, частичный или комплексный, что позволяет различать точечные и системные изменения.
- Форма (Form) - фиксирует способ оформления: устная, письменная, цифровая (PMIS), отражая степень формализации и риск интерпретационных разрывов.
- Индекс повторяемости (RI) (Repeatability Index), характеризующий частоту возникновения изменений одного типа. Высокие значения RI сигнализируют о риске каскадных задержек.
- Индекс управляемости (CI) (Controllability Index), отражающий долю директив, исполнение которых находилось под контролем проектной команды. Низкие значения CI указывают на высокий календарный риск.
Предложенная комбинация признаков обеспечивает: (i) полноту описания директивных изменений; (ii) возможность их формализации в цифровой базе данных; (iii) подготовку массива к статистическому и машинному анализу.
2. Формализация индексов RI и CI
Методологическая основа расчёта индексов RI и CI базируется на принципах риск-менеджмента, закреплённых в ISO 31000:2018 Risk management — Guidelines и ГОСТ Р 58771–2019 Менеджмент риска. Технологии оценки риска [19, 20].
В указанных стандартах частота возникновения события (frequency) и степень его контролируемости (controllability) рассматриваются как ключевые параметры количественной оценки риска, что обеспечивает методологическую преемственность при построении индексов RI и CI в рамках классификатора директивных изменений.
Индекс повторяемости (RI):
где — количество директив определённого типа, N — общее количество директив в массиве. Значение RI нормировано и показывает удельный вес данного типа изменений.
Индекс управляемости (CI):
где — число критически неуправляемых директив данного типа,
— общее число директив.
Данная формула обеспечивает положительную интерпретацию: CI =1 соответствует максимальной управляемости, CI = 0 — минимальной.
Следует отметить, что RI и CI являются безразмерными показателями, что обеспечивает их сопоставимость между проектами и стадиями жизненного цикла.
Таким образом, RI отражает вероятность повторяемости, а CI — степень контролируемости директивных изменений. Их совместное использование обеспечивает связь между качественными характеристиками директив (Stage, Source, Scale, Form) и количественными индикаторами календарного риска, применимыми для дальнейших этапов анализа.
3. Методологическая значимость
Предложенная комбинация признаков обеспечивает:
- полноту описания директивных изменений;
- возможность их формализации в цифровой базе данных;
- подготовку массива к статистическому анализу и классификации.
Таким образом, классификатор и сопутствующие индексы восполняют методологический пробел, обусловленный отсутствием в стандартах формализованного механизма анализа директивных изменений, и закладывают основу для дальнейшей академической и практической проработки.
Обсуждение
Сравнительный анализ показывает, что разработанный классификатор директивных изменений восполняет существенный методологический пробел, не отражённый в существующих международных и отечественных стандартах. В ведущих международных руководствах и стандартах по управлению проектами понятие «директивное изменение» не выделено в качестве самостоятельной категории, а процессы управления изменениями рассматриваются преимущественно как процедуры согласования формализованных запросов на изменения (Change Request). Аналогичный разрыв наблюдается и в российских нормативных документах, где также отсутствуют механизмы формализации директивных вмешательств в календарные модели проектов.
Предложенный шестимерный классификатор восполняет выявленный методологический пробел за счёт включения признаков Stage, Source, Scale и Form, а также введения количественных индексов RI и CI. Такое решение позволяет переводить директивные указания в машиночитаемый формат [5, 22], обеспечивать их сопоставимость между проектами и стадиями, а также формировать единую основу для статистического анализа.
Особая роль принадлежит индексам RI и CI, которые базируются на принципах риск-менеджмента, закреплённых в ISO 31000:2018 [20] и ГОСТ Р 58771–2019 [19]. Их использование обеспечивает количественную оценку повторяемости и управляемости директивных изменений, что ранее отсутствовало в научной и нормативной литературе [9, 21].
Следует отметить и ограничения методологической рамки. Во-первых, классификатор опирается на формальные признаки и не учитывает тяжесть последствий (например, величину календарного сдвига). Во-вторых, применение индексов RI и CI требует строгой регламентации правил отнесения директив к критически неуправляемым. В-третьих, методика пока ограничивается задачами классификации и статистической оценки, что соответствует её текущим рамкам, но требует дальнейшего развития в направлении практического применения и цифровой валидации.
Таким образом, предложенный подход формирует основу для систематизации директивных изменений и количественного анализа их рисков, восполняя методологический пробел, выявленный в международной и российской практике управления проектами.
Заключение
- Директивные изменения обоснованы как самостоятельный объект анализа, отличающийся от процедурных запросов на изменения, закреплённых в стандартах управления проектами. Их специфика заключается в обязательности исполнения и прямом влиянии на календарные модели проектов.
- Разработан шестимерный классификатор директивных изменений, включающий признаки Stage, Source, Scale, Form и индексы Repeatability Index (RI) и Controllability Index (CI). Такая структура обеспечивает полноту описания директив, их формализацию и подготовку массива данных к цифровой обработке.
- Введены и формализованы алгоритмы расчёта индексов RI и CI, основанные на принципах риск-менеджмента. Значения индексов нормированы в диапазоне [0;1], что позволяет сопоставлять директивы между проектами и стадиями жизненного цикла.
- Предложенный классификатор восполняет методологический и нормативный пробел, связанный с отсутствием в международных и российских стандартах средств для формализации директивных изменений.
- Полученные результаты обладают методологической значимостью: они создают основу для систематизации директивных изменений и количественной оценки их рисков, что создаёт предпосылки для дальнейших исследований в области прогнозирования последствий и цифровой интеграции.
1. Project Management Institute (PMI). A Guide to the Project Management Body of Knowledge (PMBOK® Guide). 7th ed. Newtown Square, PA: Project Management Institute, 2021, 370 p. ISBN 978-1-62825-664-2.
2. AXELOS. Managing Successful Projects with PRINCE2. 6th ed. London: The Stationery Office, 2017, 406 p. ISBN 978-0-11-331533-8.
3. GOST R 54869-2011. Project management. Requirements for project management. Introduced 2012-03-01. Moscow: Standartinform, 2012, 24 p.
4. GOST R 71177-2023. Management of large construction projects. General provisions. Introduced 2023-12-01. Moscow: Standartinform, 2023, 60 p.
5. Chartered Institute of Building (CIOB). Guide to Good Practice in the Management of Time in Complex Projects. 2nd ed. Bracknell: CIOB, 2015, 210 p. ISBN 978-1-85380-471-9.
6. International Organization for Standardization. ISO 21500:2021 Project, programme and portfolio management — Context and concepts. Geneva: ISO, 2021, 44 p.
7. International Organization for Standardization. ISO 21502:2020 Project, programme and portfolio management — Guidance on project management. Geneva: ISO, 2020, 54 p.
8. GOST R ISO 21502-2024. Project management. Guide to project management. Introduced 2024-05-01. Moscow: Standartinform, 2024, 54 p.
9. Astafyeva O. E., Moiseenko N. A., Kozlovskiy A. V., Shemyakina T. Yu., Serov V. M. Risk management in construction: Monograph. Moscow: Infra-M, 2022, 183 p. DOI:https://doi.org/10.12737/1842952. EDN: https://elibrary.ru/GBYSIS.
10. Bovteev S. V., Khureyni N. K. R. Classifications and parameters of construction project risks. Vestnik Grazhdanskikh Inzhenerov = Bulletin of Civil Engineers, 2021, 6(89), pp. 79–86. DOI:https://doi.org/10.23968/1999-5571-2021-18-6-79-86. EDN: https://elibrary.ru/UXGWLA.
11. Glazkova, V. Risk management at the life cycle stages of an investment and construction project / V. Glazkova, L. Pantyukhina, D. Rovdo // Journal of Monetary Economics and Management. – 2025. – No. 4. – P. 356-364. – DOIhttps://doi.org/10.26118/2782-4586.2025.24.36.049. – EDN JLRGZZ.
12. Burtseva T. A., Zakharova E. A. Formation and development of a project risk management system. In: Strategic Development of Socio-Economic Systems in the Region: Innovative Approach. Vladimir: Tranzit-IKS, 2020, pp. 66–69. EDN: https://elibrary.ru/GLTGTT.
13. Zubova L. V. Analysis of the methodology of managerial decision-making under risk uncertainty: Monograph. St. Petersburg: RANEPA under the President of the Russian Federation, 2024, 118 p. ISBN 978-5-907116-91-7. EDN: https://elibrary.ru/CCMOEQ.
14. Dukhanina E. V., Khametova A. T. Implementation of a risk-based approach in the management of investment-construction processes. Vestnik Evraziyskoy Nauki = Eurasian Science Journal, 2023, Vol. 15, No. 2. EDN: https://elibrary.ru/ADCFKU.
15. Dorokhina E. Yu. The S-O-S method as the basis for large-project management. Vestnik Altayskoy Akademii Ekonomiki i Prava = Bulletin of the Altai Academy of Economics and Law, 2023, No. 11-2, pp. 203–207. DOI:https://doi.org/10.17513/vaael.3076. EDN: https://elibrary.ru/PKCYMT.
16. SP 333.1325800.2020. Information modelling in construction. Introduced 2020-12-31. Moscow: Minstroy of Russia, 2020, 112 p.
17. Project Management Institute (PMI). The Standard for Risk Management in Portfolios, Programs, and Projects. Newtown Square, PA: PMI, 2019, 175 p.
18. Project Management Institute (PMI). Practice Standard for Scheduling. 3rd ed. Newtown Square, PA: PMI, 2019, 100 p.
19. GOST R 58771-2019. Risk management. Risk assessment technologies. Introduced 2020-03-01. Moscow: Standartinform, 2019, 51 p.
20. International Organization for Standardization. ISO 31000:2018 Risk management — Guidelines. Geneva: ISO, 2018, 16 p.
21. Koshelev V. A. Sources of risks in construction. Naukovedenie = Science of Science, 2015, Vol. 7, No. 1(26), Art. 14. DOI:https://doi.org/10.15862/12EVN115. EDN: https://elibrary.ru/UBGRKF.
22. Papadonikolaki, E. The Role of Digitalization in Project Management: Bridging Socio-Technical Misalignments. International Journal of Project Management. 2025, Vol. 43, No. 1, pp. 9–22. DOI:https://doi.org/10.1016/j.ijproman.2025.01.009.
